четверг, 1 декабря 2016 г.

Часть 1: Объятия Иисуса и Будды (Адьяшанти и Френсис Беннетт)


(перевод мой, взято ЗДЕСЬ)

Одноименная икона работы Френсиса Беннетта
Пробужденные учителя - Адьяшанти и Френсис Беннетт - беседуют с Риком Арчером (ведущим).
Рик: Адьяшанти – пробужденный учитель (США), который служит Пробуждению всех людей. Его учение приглашает всех остановиться, вглядеться в себя и понять, что является Истинным и Освобождающим и лежит в основе всего Бытия.

Я скажу о Френсисе чуть больше, потому что, возможно, вы знакомы с ним меньше, чем с Адьей. В 2010 году прямо в ходе службы в монастыре в Монреале (Френсис почти 30 лет прожил в монастырях ордена траппистов и бенедиктинцев в США, Канаде и Европе) он испытал то, что позднее стал называть «радикальным сдвигом восприятия». Он реализовал вечное пространство осознанности и понял, что эта осознанность и есть неизменная суть того, чем он является и был всегда, Высшее Я, о котором с давних пор говорили мудрецы и святые различных духовных традиций. Он также реализовал, что это бескрайнее, бесконечное ощущение Присутствия, являющееся Центром его бытия и бытия всего и вся, ни в коей мере не отдельно от Присутствия Божьего, которое он стремился долгие годы обнаружить, будучи монахом и духовным ищущим. Сейчас Френсис проживает «новую инкарнацию» в качестве духовного учителя. Он несет учение, которое представляет собой смесь буддистской традиции (он два года провел в сане посвященного буддистского монаха), христианской мистической традиции созерцания, приверженцем которой он был в течение долгих лет своей жизни в монастырях, а также учений Раманы Махарши (индуизм и адвайта). Френсис испытал большое влияние со стороны учений Раманы.

Итак, тема сегодняшней беседы – «Объятия Иисуса и Будды», и я хочу попросить Френсиса начать c пения мантры, а затем дать кратко поведать нам о сути сегодняшней темы.

Френсис: Мантра, которую я хочу вам предложить, была частью традиции в период моего служения в сане буддистского монаха. Мы пели ее каждый день. Смысл мантры: «Восхваление Достойному, Пробужденному, Всецело Просветленному. Я принимаю прибежище в Будде, я принимаю Прибежище в дхарме, я принимаю Прибежище в сангхе». Под Буддой имеется в виду наша Истинная Природа, дхарма – учения просветленных, всех тех, кто реализовал Истинную Природу, и сангха – это община всех просветленных, которая включает и нас с вами.  

Рик: Могли бы кратко описать, чему посвящена сегодняшняя тема?

Френсис: Идея этой темы родилась благодаря моему собственному опыту, связанному с Буддой и Иисусом. За основу написанной мною иконы взята икона «Объятия Св. Перта и Павла», но я заменил их на Будду и Иисуса, которые представляют собой архитипические символы просветления. Будда символизирует трансцендентальное пробуждение, направленное «вверх и прочь», в то время как Христос олицетворяет неизбежное движение «вниз и внутрь». Будда поднимается над самсарой, выходит за пределы цикла рождений и смертей в феноменальном мире, а Христос снова сходит в самсару, неся в нее Сострадательное Сердце Милосердия и действует в мире с Любовью и состраданием.   

Таким образом, для меня Христос и Будда символизируют Полный Цикл Пробуждения. Оба эти движения – трансцендентальное и нисходящее – одинаково важны в моей жизни, как и обе эти «фигуры». Я испытываю любовь и благодарность по отношению к ним, этим двум важнейшим моим Учителям.

Адьяшанти: Мы с Френсисом разделяем общий ранний опыт отношения к религиям. Френсис глубоко занимался серьезными буддистскими практиками, и я в свое время был учеником дзен-буддизма. Но в какой-то момент я начал интересоваться христианскими мистиками, поскольку в дзен-буддизме я не находил чего-то, что было бы для меня естественным и вызывало резонанс. Для меня [христианские мистики] связаны с Раскрытием Духовного Сердца. Конечно же, и дзен-буддизм содержит это в себе, однако в иной форме. И мой интерес начал нарастать, к моему удивлению, я обнаружил, что начал понимать буддизм много лучше благодаря христианским мистикам. Зачастую все происходит наоборот: люди приходят от западной религии к восточной, я же пришел от восточной к западной. Таким образом, у нас с Френсисом много общего, и это сыграло свою роль в формировании нашей дружбы. Мы очень любим обе эти традиции.

Мы знаем друг друга долгие годы и не раз затрагивали тот факт, что эти традиции символизируют два различных духовных движения: традиционный трансцендентальный аспект буддизма (вспомните позу статуи Будды, сидящего в глубокой медитации) и жизнь Иисуса, глубоко внутри-телесный опыт, путь принятия страданий мира. Превзойти их через полнейшее принятие. Полностью сойти в них.
Таким образом, эти традиции очень дороги нам, с индивидуальных точек зрения. Даже и с мифологической точки зрения, эти традиции занимают важнейшее место в общей картине духовности.    

Рик: С моей точки зрения, в буддизме речь идет о выходе из страданий раз и навсегда, в то время как в христианстве много говорится о страданиях. Многие христианские святые немыслимо страдали, не проронив об этом ни слова, как если бы хотели сказать: «Пусть еще больше страданий сойдет на меня, потому что они очищают и помогают мне». Мой вопрос: относится ли это к двум противоположным движениям, о которых вы говорите?



(продолжение следует…)